01n 9 °C
Юрий Шевчук: «Я стал не таким черно-белым, как был раньше»

Юрий Шевчук: «Я стал не таким черно-белым, как был раньше»

Ирина Гордон 9302 1
Лидер группы «ДДТ» Юрий Шевчук в преддверии концерта своего коллектива в Праге рассказал в интервью порталу «420on.cz – Чехия Онлайн» о светлой программе «Прозрачный», которую услышат в столице Чехии 26 мая на сцене концертного зала «Форум Карлин», о будущем альбоме, посвященном конфликту между Россией и Украиной, о личном отношении к этой трагической ситуации, а также о своих сомнениях, причинах редкого публичного озвучивания собственной позиции и о палитре цветов, с которой музыкант себя ассоциирует.
Фото: rusrep.ru
Юрий Шевчук: «Я стал не таким черно-белым, как был раньше»

Лидер группы «ДДТ» Юрий Шевчук в преддверии концерта своего коллектива в Праге рассказал в интервью порталу «420on.cz – Чехия Онлайн» о светлой программе «Прозрачный», которую услышат в столице Чехии 26 мая на сцене концертного зала «Форум Карлин», о будущем альбоме, посвященном конфликту между Россией и Украиной, о личном отношении к этой трагической ситуации, а также о своих сомнениях, причинах редкого публичного озвучивания собственной позиции и о палитре цветов, с которой музыкант себя ассоциирует.

 

Вы уже почти год возите по России и странам ближнего зарубежья новый альбом «Прозрачный». Впереди европейское турне. Силы еще остались?

Ну, немножко устали, потому что весна была у нас такая напряженная. Как в нашей песне «Поэт» слова «мы прорубим искусству русло», и как Чехов нам завещал, мы пытаемся сеять разумное, доброе, вечное. Ездим много по России, по городам, общаемся с народом. Самое главное, что я хочу сказать – везде мы стоим на стороне мира между Россией и Украиной. И полные залы в России нас поддерживают. «Прозрачный» носит антивоенные смыслы, и мы его так загрузили этими вещами, которые сейчас самые важные для всех нас. И вообще, неплохо все проходит: глаза светлые, люди не так уж и унывают, как пишут в разных блогах. Ничего-ничего, нормально все.

Раз уж Вы сами заговорили об отношениях между Россией и Украиной, не могу не спросить. В прошлом Вы остро реагировали в своем творчестве на различные кризисные ситуации в стране, а вот «Прозрачный», как Вы сами выразились, «неоправданно позитивен», учитывая сложившуюся ситуацию в России вообще и в отношениях с Украиной в частности. Что произошло?

Предыдущая наша программа «Иначе» была серьезная, такая армагеддонистая. То есть, было такое предчувствие наступающего кошмара нынешнего, и мы, конечно, много ездили по стране и за рубежом, и было предчувствие тяжелых времен в программе «Иначе», что надо нам как-то не потерять человечность. Жить как-то иначе стараться. Не видеть соломинку в чужом глазу, а видеть бревно в своем – это старая русская поговорка, если чехи не знают. В общем, работали много. А потом, конечно, когда эта ситуация стала более напряженная, трагичная – в такие времена хочется надежды прежде всего самому себе. Хочется позитива – не того попсового: «Чувак, будь на позитиве!» и так далее, как бывает у наших коллег-артистов, у которых не выстраданный, а такой легкий пластмассовый позитив. Мы же в альбоме «Прозрачный» пытались дать такой позитивный посыл: «Несмотря ни на что, чувак, не так все плохо, не так все скверно. Жить надо продолжать, рубиться за свои идеи, не изменять своим принципам. И самое главное – быть человеком». Это нормально, потому что сейчас всем тяжело, и нам тоже, поэтому такой альбом. Если бы мы сейчас грузили еще народ, что «все ужасно, все плохо» - это было бы уже совсем никуда. В данный момент вот этот выстраданный российский позитив, который существует в моей восточной душе, он работает.

Тем не менее, Вы полностью не отрешаетесь от этой трагедии, оказывая благотворительную помощь украинским беженцам, к примеру.

Да, конечно. Понимаете, я же был на четырех или пяти таких локальных войнах, и не понаслышке знаю, что это такое. Какой это кошмар и ужас. В общем-то, оттуда я вынес свое убежденное миротворчество, что надо договариваться, несмотря ни на что. Когда начинают стрелять, то это большой человеческий проигрыш. И, конечно, мои позиции еще больше укрепились в результате этого конфликта, когда представители братских народов убивают друг друга. Это просто ужасно. Я видел это много раз. Тяжело об этом даже говорить. Представьте себе музыканта, который ратовал бы за войну. Я имею в виду, хорошего музыканта. Все-таки искусство – это добро, любовь, свобода. Творчество не бывает без свободы и любви, а любовь без творчества и свободы – это порнуха. А когда любовь, творчество и свобода дружат – это замечательно. Об этом мы поем, об этом мы говорим, и делаем то, что мы можем.

Вот Вы говорите, что программа «Прозрачный» несет любовь, свободу, приближает людей к миру во всем мире, в не пора ли ее в таком случае привезти в Украину?

Мы пока размышляем об этом. Это все очень сложно, потому что не то что на Украине, но и в России семьи расходятся, друзья ссорятся по этим политическим причинам. Столько этого зла сейчас, столько этой гражданской войны в головах и в душах. Простые слова «Ребята, давайте жить дружно! Выслушайте своего оппонента, не нужно его оскорблять, не нужно доводить все до отчаянной драки. Давайте разберемся спокойнее» - об этом художник должен говорить, мне кажется. Кто еще?! Это очень важно, потому что сейчас добавлять какую-то свою сторону опасно, класть свое сердце на весы этого конфликта – ничего хорошего из этого не выйдет. Поэтому мы говорим о мире и взаимопонимании, о человечности. Главная ценность и цель нашего творчества – это человек. И неважно, где этот человек живет, любит, мучается, страдает – в Киеве, Москве, Донецке, Питере или Праге. Мы все несовершенны, мы все всего лишь люди, но надо напоминать нашим слушателям и самим себе, что мы все-таки именно люди. И мы это делаем.

Так вот о том и речь, что эти напоминание и поддержка сейчас не помешают и Украине.

Но там сейчас все сильно политизировано. Мы ищем момент времени. В свое время у нас были удивительные миротворческие концерты в Чечне, в Москве во время осетинского конфликта. Но всему нужно найти свое время. Это очень тонкие вещи. Потому что тут еще важно не навредить. Я это чувствую всегда, потому что душа у меня живая, я надеюсь.

И все-таки, хотелось бы вернуться к пражскому концерту. Расскажите, что нам ждать?

Программа будет обширная. «ДДТ» отличается от многих коллективов тем, что мы совершенно незашорены в музыкальных стилях. У нас есть свой стиль – это мой голос, сейчас еще голос Алены, наши аранжировки, но мы играем разную музыку. И концерт, конечно, будет на базе «Прозрачного», но мы сыграем и какие-то старые, горячо любимые народом песни, и какие-то новые, которые еще не записаны. Сейчас наша Алена Романова справилась с сольным альбомом, она споет несколько своих песен. Поиграем рок и какие-то душевные песни. Будет большая программа, она сложилась, и, в общем-то, нам нравится ее проживать на концертах. И народ, вроде, не ругается – все довольны и уходят, обнявшись, с каким-то добром в душе. Вы знаете, есть артисты двух категорий. Одни артисты выходят на сцену и показывают себя самих залу: «Вот посмотрите – это я пришел, я вам сейчас спою свои хиты, я вам сейчас объясню, что надо слушать и как надо жить…». Я к этим артистам не отношусь, и группа «ДДТ» тоже. Я человек второго – не сорта, но рода: для нас главное – достучаться до человека в зале. Приходит масса единочеств (это мое словообразование от «одиночества»), и вот обнять их какой-то простой человеческой правдой и добром – это очень важно. Это все это мы будем делать и в Праге.

Выстраивая программу концерта в Праге, будете ли Вы учитывать, что к Вам придут не только русские, но и украинцы, которых очень много в Чехии, или же Вы, наоборот, специально будете от этого отстраняться?

Я не буду ни от чего отстраняться, но я буду говорить о мире. О чем я и говорю с самого начала конфликта с прошлого года – о мире. Это очень важно.

А что касается визуальной составляющей программы – как будет оформлен концерт?

У этой программы световое шоу. У нас хороший серьезный свет европейского уровня. Наш светохудожник – это известный рижанин Андрис Дубковск. То есть экраны – это будет не главным, как в «Иначе», но экраны, естественно, будут, и показ капелек пота на лицах музыкантов, сверкающих в прожекторах, конечно, тоже будет. Если бы мы взяли новую программу с экранами, то надо было бы дальше раздвигать эту концепцию «Иначе», а на это у нас просто не хватило ни денег, ни времени, ни сил. Над «Иначе» мы работали очень серьезно – на визуализацию того проекта ушел почти год, это была серьезнейшая работа, и каждый год ее делать – это очень сложно. Даже PinkFloyd на это не способен, я думаю.   

«Прозрачный» – это первый опыт работы «ДДТ» в жанре инди-рока. Почему из всех возможных стилей выбор пал именно на него? Очень многим даже напоминает Coldplay.

Местами, да. Я хочу сказать, что музыки просто океан, и группа «ДДТ» не занимается чёсом, когда одна и та же унылая программа, состоящая из хитов, возится по десять лет по городам и весям. Это ужасно, тяжело и тоскливо. Мы пришли в рок-н-ролл для того, чтобы самим развиваться и играть музыку, которая в данный момент нас как-то окрыляет. Именно поэтому наши многие программы в совершенно разных стилях, но музыка ведь не выбирается, а вырастает из идеи, из концепции альбома. В «Прозрачном» все так случилось, потому что сам звук, идеи и текст, которые выплеснуты в нем, звучат гармонично. В «Иначе» более тяжелая музыка, потому что там и мысли были тяжелые – о времени, о людях, о нас, о цивилизации. То есть все зависит от идеи. И самое главное, что нам интересно играть разную музыку. Я не подвержен ностальгии, я слушаю все мировые новинки, я в курсе музыкальных тенденций. Для меня это крайне интересно всегда. Так что в этом смысле мы не мертвые ребята, а совершенно живые. И, может быть, следующий альбом, над которым мы сейчас думаем, будет совершенно в других каких-то звуках нами выношен.

То есть новый альбом уже «вынашивается»?

Там написано за этот год уже восемь песен. Он посвящен как раз этой трагической ситуации, которая сейчас происходит между Россией и Украиной. Там много тяжелых песен, потому что 2014 год и это новейшее время - меня эта ситуация порвала. Представьте себе, в 2013 году мы проехали 20 городов Украины – были и в Киеве, и во Львове, и в Донецке, и в Луганске, и везде у нас были стадионы. И везде мы говорили «Россия и Украина – братья-сестры», и стадионы кричали «ура», и никто из нас не ожидал тогда, что такой ужас случится. И, конечно, эта ситуация меня разорвала, как и многих других - и художников, и музыкантов, и обычных простых людей. И альбом из меня вышел, посвященный вот этому. Я пытаюсь там что-то понять, разобраться, почему так вышло, я читаю много исторических книг. То есть непросто все. Конечно, можно сейчас легко сказать, что «вот это – свои, а вот это – чужие, и все, бах-бах-бах», но разобраться в этом художник имеет право. Не писать каждый день в блогах матерщину, которой там немеренно просто, а именно попытаться понять суть происходящего, откуда это, почему такие цивилизационные процессы происходят, почему мы такие. Это очень важно. И этот альбом будет посвящен, наверное, этим вещам. 

Как удается совмещать тур, в котором Вы все еще возите светлый "Прозрачный", с работой над таким тяжелым новым материалом? Психологически это, наверное, нелегко.

В "Прозрачном" есть и гражданские вещи, например, песни "Времена" или "Добро в...". Суть-то там тоже страшноватая - "место, где выводит добро организм". Как-то мы в этом месте сейчас находимся, и невесело, честно говоря. А новый альбом, наверное, будет более прямой в этом смысле. Не знаю, для меня всегда тяжело о новом говорить. Вот великолепный альбом по происходящим событиям выпустил Боря (лидер группы "Аквариум" Борис Гребенщиков - прим. ред.) - он просто выплеснул все свое гражданственное и человеческое. Очень трагичный сольник у него, замечательный. Но я дольше работаю, я не такой гениальный, как Боря, и у меня песни идут медленнее. Я больше подвержен сомнениям. Думаю, это неплохо, когда человек сомневается. Прежде чем что-то сказать, выразить свою мысль, она должна полежать месяцев девять, как говорил Александр Сергеевич Пушкин. Эта беременность должна пройти. 

Поэтому Вы так редко даете интервью и озвучиваете свою позицию? Должно пройти время?

Почему я не выступаю на каждом углу и не пишу в блогах? Дело в том, что я размышляю. И работа над песней дает ощущение пространства и времени, где можно размышлять над каждым словом, чтобы, прежде всего, не навредить. А с другой стороны, вытащить правду из всего этого ужаса, из всей это пропаганды насилия и войны. Поэтому, может быть, к нам люди и ходят на концерты, потому что каждое слово выстрадано. Оно не просто пришло в голову и тут же озвучено. В данный момент, может быть, я повзрослел и стал не таким черно-белым, как был раньше. Раньше я проще размышлял о мире, о времени, о людях, а сейчас я понимаю, что человек ужасно сложный. Как сказал один монах, есть две тайны в мире - Господь и человек. Это абсолютно точно. В себе самом бы разобраться, как Лев Николаевич Толстой с его дневниками. Сейчас это время исполнено величия. Может быть, многие не согласятся со мной, но это время трагичное, вместе с тем оно дает возможность прочувствовать так эту жизнь и человека, что можно действительно и написать что-то стоящее об этом, наверное. Хотя, это не главное. Ох, непросто все.

Вы говорите, что теперь не такой "черно-белый". Насколько я знаю, Вы решили добавить в свою жизнь красок не только метафизически, но и вполне реально - слышала, что Вы стали писать картины. Не представляю, как Вы все успеваете? 

Я просто всю свою юность учился живописи, и неплохо в этом преуспел в какой-то момент. Потом я ее забросил в связи с рок-н-роллом, а сейчас я подумал, что если, допустим, группа "ДДТ" в связи с этими псевдокультурными тенденциями окончательно не сможет работать, потому что все мы сейчас стоим под этим дамокловым мечом, то я останусь без работы, без концертов. Я пойду на Невский рисовать портреты. На бутылку и кусок хлеба заработаю. И вы меня сможете там увидеть, и, думаю, людям будет интересно получить от меня какой-нибудь шаржик. Живя в России, Ирина, человек должен быть готовым ко всему. 

Юрий Юлианович, скажите, пожалуйста, несколько слов для тех, кто не живет в России, но ждет Вас в Праге.

Дорогие наши друзья - чехи, украинцы, русские, и татары, и молдаване - в общем, для меня нет национальностей, друзья мои. Для меня есть или люди, или нелюди. В каждом я пытаюсь увидеть человека - это очень важно для меня, иначе жизнь превращается в кошмар и бесконечную войну, прежде всего, в головах, а потом уже и в жизни. Я буду очень рад, если на нашем концерте будет мир. Мир между Россией и Украиной, Европой, Азией. Между нами всеми будет мир, и мы будем философствовать, размышлять о нем, икать выходы, пути, дорожки, конечно, сейчас перерытые траншеями, но к светлому будущему. А оно наступит, потому что другого пути-то нету. Мне очень важно, чтобы был мир на нашем концерте. Я просто прошу вас прислушаться к нашим словам и песням. Мы с вами со всеми. Для нас главное - человек.

Рассказать всем:
Последние новости:



Мобильная версия